?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Нѣсколько словъ о бородѣ.
ИСТИНА. Книжка 92-я. Мартъ-Апрѣль. 1884 г. Псковъ.
(Перепечатано въ незначительномъ сокращеніи).
          Еще въ Ветхомъ Завѣтѣ сказано: «Не сотворите обстриженія кругомъ отъ власъ главъ вашихъ, ниже брíете брадъ вашихъ» (Лев. 19, 27). «И да не обрíете главы по мертвѣмъ, и обли́чія брады да не обрíютъ, и на плотехъ своихъ да не сотворятъ язвъ» (Лев. 21, 5).
          Такое запрещеніе было написано потому, что обычай брить бороды существовалъ въ древнихъ язычникахъ идолопоклонникахъ.
          Вотъ, что говоритъ объ этомъ обычаѣ пророкъ Іеремія въ своемъ посланіи къ отводимымъ въ вавилонскій плѣнъ евреямъ. «И въ храмѣ ихъ жрецы сѣдаютъ имуще ризы разтерзанныя и главы и брады обриты» (Іерем. посл. ст. 30).
          Въ Ветхомъ Завѣтѣ считалось за великое безчестіе и грѣхъ брадобритіе. Однажды царь Давидъ весьма былъ оскорбленъ за то, что его посламъ царь Аннонъ приказалъ въ насмѣшку остричь по половинѣ бороды. Давидъ не велѣлъ посламъ явиться къ себѣ до тѣхъ поръ, пока не отросли у нихъ бороды. (Кн. 2 Царст. 10, 4—6).
          Въ Новомъ Завѣтѣ хотя не видно никакого запрещенія на брадобритіе, но Іисусъ Христосъ, Его Апостолы и всѣ св. Отцы Церкви носили бороды. Даже православные цари и князи (за исключеніемъ немногихъ) подражали имъ. Въ нашемъ отечествѣ Россіи отъ временъ просвѣтителя ея св. благовѣрнаго князя Владиміра до [царя] Петра 1-го борода была въ уваженіи. При великомъ князѣ Ярославѣ за выдернутый клокъ бороды взымался штрафъ съ виновнаго въ государственную казну 12 гивенъ, тогда какъ за отрубленіе пальца штрафовался виновный только тремя гривнами и одна гривна уплачивалась пораженному (Истор. Кармз. том. 2, стр. 46). Далѣе въ ХѴ вѣкѣ вотъ что говорится въ защиту бороды: «Если нѣмчиненъ у новгородца выдеретъ бороду и по суду и справкѣ окажется виновнымъ, то отсѣчь ему руку за бороду». (Ист. Солов. т. 5, срт. 187).
          А такъ же и брадобритіе преслѣдовалось какъ и прочіи страсти и пороки со стороны русскаго духовенства. Въ началѣ ХѴІ столѣтія вотъ что писалъ Даніилъ митрополитъ Московскій, обличая пороки: «Великъ подвигъ творишь, угождая блудницамъ, платья перемѣняешъ, сапоги у тебя яркаго краснаго цвѣта чрезвычайно узкіе, такъ что жмутъ сильно ноги, блистаешь, скачешъ какъ жеребецъ, волосы не только бритвою вмѣстѣ съ тѣломъ, но и щипцами вмѣстѣ съ корнемъ исторгаешъ, мужеское свое лице на женское претворяешъ, моешься, румянишься, душисься, какъ женщина» и пр. (Ист. Солов. т. 5, стр. 508).
          Преподобный Максимъ Грекъ относительно бородобритія написалъ цѣлое посланіе къ юному великому князю Ивану Васильевичу въ предохраненіе его, конечно, отъ этого иноземнаго обычая.
          Выпишимъ изъ этого посланія, хотя нѣсколько словъ:
          «Коль возвеличишався дѣла Твоя Господи, вся премудростію сотворилъ еси»; такъ начинаетъ посланіе преподобный Максимъ. «Многимъ убо сущимъ совершающимъ тѣло наше членомъ нашимъ, овы убо сихъ на нужнѣйшую потребу нашу умышленны Содѣтелемъ нашимъ, яко же ноги, что бы движитися намъ, идѣ же еще потребно будетъ, руцѣ же во еже дѣлати потребная, очи же во еже глядѣти и распознавати срѣтающихъ насъ, носъ и ноздри къ разсужденію различныхъ воней, вдыханію и испусканію жизненнаго воздуха; ови же во украшеніе и благолѣпіе, не точію лицамъ нашимъ, но и къ не малой потребѣ умышленны премудрѣйшимъ Создателемъ нашимъ, брови убо не только служатъ для благолѣпія, но и для сохраненія очей отъ истекающаго соленаго пота, рѣсницы соблюдаютъ очи отъ всякаго тончайшаго праха и пыли, усы же брада предобрѣйши умышлены премудрѣйшимъ Мудрецомъ Богомъ, нетолько для распознаванія мужескаго пола отъ женскаго, но и для честнѣйшаго благолѣпія лицъ нашихъ. Кто же здравый умомъ и во всѣмъ тщащійся угодити Богу возненавидѣтъ когда и бритвою изгладитъ видъ свой, дарованный ему отъ Содѣтеля, какъ честнообразное украшеніе, и наипаче слышавши Владыку крѣпко повелѣвающаго Моисеемъ людемъ израильскимъ, еже есть: «не брійте брадъ вашихъ, яко же языцы. Аще прокляти уклоняющіися отъ заповѣдей Божіихъ, яко же слышимъ во псалмопѣніи, той же клятвѣ подлежатъ и истребляя бритвою брады свои, противящися безъ ума заповѣди Божіей». Далѣе преподобный Максимъ Грекъ разсказываетъ слѣдующую повѣсть: «Нѣкоего слышалъ есмь повѣдавша мнѣ самовидца, яко нѣцыи играющее вытаскаша браду у одного козла зѣло доброродна, но тотъ не стерпѣвъ сицевой досады убивъ самого себя до смерти, бія безъ милости главу свою о землю. Уразумѣемъ, коль честно и любезно есть бородное украшеніе и безсловесному животному, азъ же словесенъ сый, гнушаюся. Оле студа и безумія моего» и проч. (Рукоп. Имп. публ. библ. Л. Г. отд. № 11).
          Обычай брить бороду постепенно переходилъ въ Россію, то съ запада, то съ востока. Ибо нѣтъ никагого сомнѣнія въ томъ, что на востокѣ православные греки съ начала понемногу научились этому обычаю у латинянъ во время крестоносцевъ въ 13-мъ вѣкѣ, а потомъ были принуждаемы къ брадобритію турками, которые брили христіанъ, то въ насмѣшку, то для отличія отъ мусульманъ.
          Кромѣ частныхъ увѣщаній со стороны духовныхъ лицъ противъ брадобритія, пастыри Церкви, присутствовавшіе на такъ называемомъ Стоглавомъ соборѣ положили слишкомъ строгое 40-е правило, воспрещающее употребленіе этого иноземнаго обычая.
          Вотъ что читается въ этомъ правилѣ между прочимъ:
          «Такъ же священныя правила православнымъ христіанамъ возбраняютъ, не брити брадъ, ни усовъ постригати, таковы бо нѣсть православныхъ, но латинская и еретическая преданія греческаго царя Константина Ковалина, и о семъ Апостоловъ и отеческая правила вельми запрещаютъ и отрицаютъ».
           «Аще кто браду бріетъ и преставится тако, недостоитъ надъ нимъ служити, ни сорокоустія по немъ пѣти, ни просфоры, ни свѣщи по немъ въ церковь приносити, съ невѣрными да причтется отъ еритиковъ сіе навыкоша».
          Въ 1552 году государь далъ въ Москвѣ наказъ чиновникамъ Андрею Бересневу и хозяину Тютену, что бы строго наблюдали за точнымъ исполненіемъ правилъ Московскаго собора 1551 года, что бы никто не дерзалъ ни срамословилъ, ни кляться, ни брить бороды и проч. Уличенные преступники подвергались великой опалѣ по гражданскимъ законамъ и духовной казни (Истор. Карамз. т. 8, примѣч. стр. 24).
          Въ томъ же 1552 году предсѣдательствовавшій на Стоглавомъ соборѣ митрополитъ Макарій строго такъ же преслѣдовалъ нарушителей 40-го правила, воспрещающаго брадобритіе. Вотъ что онъ именно написалъ въ Свіяжскъ, между прочимъ, о брадобритіи: «Нѣціи отъ васъ, страхъ Божій отвергшіе, бритвы накладающе на брады своя, женамъ угодіе творяще. Аще ли впредь учнутъ бороды брити, или усы постригати тѣмъ всѣмъ быти отъ благочестиваго царя въ великой опалѣ, и отъ нашего смиренія и отъ всего освященнаго собора въ отлученіи» (Ник. Л. 10, 113).
          1) При концѣ служебника, напечатаннаго при царѣ Алексіѣ Михайловичѣ
и при патріархѣ Іосифѣ въ Москвѣ 7155 года, приложено поученіе, еже православнымъ христіанамъ брадъ не брити.
          2) Въ великомъ Требникѣ, напечатанномъ въ Москвѣ при царѣ Михаилѣ Ѳеодоровичѣ и при патріархѣ Филаретѣ въ лѣто 7133-е, въ которомъ положенъ чинъ, какъ должно принимать отъ латинъ приходящихъ къ православной нашей Церкви, написаны слѣдующія слова:
          «Проклинаю Богоненавидимую блудолюбнаго образа прелесть душегубительной помраченія ереси, еже остригати браду, ей же бысть начальникъ беззаконный Петръ Гугнивый, римскій папа. Во царѣхъ же тоя ереси начальникъ Константинъ Ковалинъ иконоборецъ, и въ той ереси и прочіе римскіе папы погрязоша, и вси латинскіе епископы и попове, мнози же и мірстіи человѣцы, умъ погубившее, ниспадоша въ такое прокаженіе лица своего губящее доброту Богомъ отданнаго имъ образа, еже добротою украси Богъ человѣка по своему образу и по подобію».
          Далѣе можно видѣть изъ исторіи, что брадобритіе, отъ временъ благовѣрнаго князя Владиміра до временъ [царя] Петра 1-го, если не всегда преслѣдовалось такъ строго, какъ говорится въ 40-мъ правилѣ Стоглава, но и не было въ почетѣ, или въ общемъ употребленіи. Ибо до [царя] Петра 1-го всѣ русскіе цари и князья носили бороды сами.
          Сильно возставалъ такъ же противъ брадобритія послѣдній россійскій патріархъ Адріанъ. Не менѣе строго Стоглаваго собора воспрещалъ онъ этотъ иноземный обычай. Вотъ, что именно писалъ онъ въ своей патріаршей грамотѣ относительно брадобритія:
          «Быша же о семъ и здѣ въ велицѣй Россіи соборы архіерейскіе и въ присутсвтіи царей. При царѣ Іоаннѣ Васильевичѣ и при митрополитѣ всея Россіи Макаріѣ. При царѣ Михаилѣ Ѳеодоровичѣ и при патріархѣ Филаретѣ, иже по сродству плотскому искренній прадѣдъ бѣ великихъ государей нашихъ царей: Іоанна Алексѣевича и Петра Алексѣевича. При царѣ Алексіѣ Михайловичѣ отцѣ благочестивыхъ царей нашихъ и при патріархѣ Іосифѣ. По нихъ же соборѣхъ брадобрійцы и тафіеносцы* осудишися и прокляшася, яко же свидѣтельствуется въ книгѣ: «О святительскихъ судѣхъ», напечатанной въ Москвѣ, въ главѣ 43-й, глаголющей: «аще умретъ брадобрійца, надъ таковымъ  служити и сорокоустія по немъ не пѣти, свѣщи по немъ не приносити: за не съ невѣрными таковый да причтется». Подобнѣ въ книзѣ «Служебницѣ», печатанной здѣсь въ Москвѣ, при царѣ Алексіѣ Михайловичѣ и при патріархѣ Іосифѣ, соборное ихъ и всего священнаго тогдашняго ихъ числа архіереевъ, глаголетъ о стригущихъ брады: «на таковыя буди общая церковная клятва прежде бывшихъ святыхъ соборовъ и благовѣрныхъ царей». И мы (глаголемъ) такожде проклинаемъ и завѣщаемъ, яко враговъ истины брадобрійцевъ отъ церкви отлучати и запрещати и всякой святыни удаляти и общенія съ нимъ не имѣти, дондеже истинно покаются, еже не творити того. И сія убо соборная отлученія и запрещенія святѣйшихъ патріарховъ: Филарета и Іосифа и митрополита вся Россіи Макарія. Святѣйшій же патріархъ Филаретъ изрече сице: проклинаю Богоненавистнаго блудовиднаго образа прелесть душепагубныя ереси, еже постризати и тожде брити браду бритвами, и еже своими зубы власы брады своея уды укусываютъ самоядцемъ подобящеся. И сія три соборы Россійстіи глаголютъ. Симъ тремъ соборамъ и прежде сихъ бывшимъ и мѣрность наша всесоборнѣ послѣдуетъ, и яже они о брадобрійцахъ и тафіеносцахъ изрекоша, такожде и мы изрецаемъ. Ихъ же они отлучаху отъ святой Церкви и всякія святыни и сообщенія съ православными и проклятію предаваху, тако и мы изрецаемъ и проч.»
          Послѣ приведенныхъ историческихъ свидѣтельствъ противъ брадобритія и въ защиту бороды, скажемъ еще нѣсколько словъ объ этомъ предметѣ.
          Почему бороды растутъ только у однихъ мужчинъ, а у женщинъ не ратсутъ? На этотъ простой вопросъ можетъ каждый безъ затрудненія отвѣтить: потому что такъ было угодно Самому Творцу Богу. — Почему же это Божественное твореніе не нравится человѣку? Для чего собственно онъ стрижетъ и бріетъ свою бороду?
          По большей части для того, что бы казаться не тѣмъ, какимъ его создалъ Творецъ, но инымъ красивымъ, миловиднымъ и женоподобнымъ, и что бы нравиться болѣе женщинамъ. Равно по той же причинѣ женщины бѣлятся, румянятся, намазываютъ лице свое разными косметическими составами, чтобы нравится мужчинамъ. Но погоня за искусственною красотою не достигаетъ своей цѣли.
          О военныхъ и вообще всѣхъ государственныхъ людяхъ, брѣющихъ бороды, судить должно иначе, ибо имъ простительно потому, что они брѣются не по страсти, а повинуются власти, или, такъ сказать военной дисциплинѣ, гдѣ подъ часъ бываетъ борода излишнею.
          Но представимъ себѣ одного присхожденія или класса двухъ мужчинъ, хотя напримѣръ купцовъ, изъ коихъ одинъ будетъ бритый, а другой съ нетронутой бородой, какой надѣлила его природа, и если всмотримся въ обоихъ внимательно, тогда увидимъ между ними удивительную разницу. Съ бородою мужчина кажется виднѣе, степеннѣе, честнѣе, величественнѣе и красивѣе безбородаго, напротивъ послѣдній представляется мелкимъ, безсильнымъ, похожимъ болѣе на полуженщину, какъ будто чего-то у него не достаетъ, чего-то онъ лишился. Еще болѣе непріятенъ видъ старика съ выбритой бородой.
Архимандритъ Михаилъ.

   * Тафья —латынская шапченка, подобная ярмолкѣ, закрывающая плотно маковку головы.
Тафіа2 или тафьz2= шапочка, употреблявшаяся у татаръ, которую и въ Россіи съ татарскаго обычая мірскіе и сановные люди носили. А при царѣ Іоаннѣ Васильевичѣ соборнѣ запрещено ихъ носить, особливо въ церковь святую входить въ тафіяхъ. (Ц.-Слав. Словарь свящ. Г.Дьяченко).